Песня  моя  родилась  под  крылами  орла,

         С криком  орлиным  слилась  она  в  гимн бытию…

                     В этом году  в календаре знаменательных дат  особое место занял 100- летний   юбилей  Кайсына  Шуваевича  Кулиева - известного поэта, прозаика, публициста, общественного деятеля, лауреата государственных премий. Традиционно, юбилейные мероприятия предусматривают творческие вечера, чтения, концерты, конкурсы, и конечно, выставки, посвященные жизни и творчеству художника. Не стал исключением и юбилей К. Кулиева. Архивисты республики не могли оставить такое событие без внимания и подготовили выставку, посвященную жизненному пути поэта «Песня моя родилась под крылами орла …».

                      Особенностью подготовки именно к этой выставке стало желание провести ее в родном селе поэта и посвятить отображению связи творчества великого  мастера слова со своим народом.  Тот, кто хоть раз побывал в Верхнем Чегеме поймет, почему нам было очень важно раскрыть в экспозиции этот аспект. Именно в Эль-Тюбю поэзию Кулиева можно не только видеть, но и осязать, чувствовать, вдыхать  полной грудью, по - новому понимая коренную связь поэта и родины.  Горы, камни, цвет неба, запах земли и снега, ощущение камерности, защищенности бытия и одновременно бесконечности мира - это то, из чего был рожден и на чем вырос Кулиев.  Конечно, архивные документы, фотографии, выдержки из биографических статей, стихи К.Кулиева воспринимаются на этом фоне иначе. Суровая и прекрасная одновременно, природа, как наждаком снимает с души накипь суетности, настраивает на более глубокое, философское восприятие поэзии и жизни, рождая нерасторжимый симбиоз художественно-смыслового и эмоционально - эмпатического восприятия.

                      Материалы выставки оживают, становятся объемней, материализуют сам дух времени, снова и снова, декларируя, что Кайсын Кулиев - плоть от плоти своего народа и вместе с тем гражданин мира. С точки зрения неразрывности  окружающего мира и развития личности особенно интересны фотографии, где изображены жилые сакли, Кулиевский родовой комплекс, каменные мельницы в первозданном виде – то есть, все то, что окружало маленького  Кайсына  и  влияло на его формирование.

                      Часть фотоматериалов датируется началом века и отражает  жизнь Верхнего Чегема, другая часть фотографий – это снимки самого поэта, его родных, друзей, соратников. Большую роль в организации экспозиции сыграли выдержки из  автобиографии поэта и книги публицистов  Т.Е. Эфендиевой и С.И. Эфендиева «Кайсын Шуваевич Кулиев. Биография поэта.», они позволили глубже и нагляднее раскрыть характер Кулиева и подробнее осветить некоторые моменты его жизни.

                     Отдельно хочется рассказать о годах, посвященных учебе, о первых шагах поэта в литературе, и конечно, о военных годах и тяжелом времени ссылки. Именно этот период сформировал К.Кулиева, как поэта и гражданина. Совсем еще юный Кайсын в окружении ребят из балкарской группы ГИТИСа, обложка его первой книжки, вышедшей  в 1940 году, семейные фотографии - это материалы, повествующие о мирной жизни поэта, о его юности.

  Выдержки из писем, рассказывающие о службе в парашютно-десантной роте, воспоминания боевых друзей, с которыми К.Кулиев после ранения служил в редакциях военных газет военкором, переписка с писателями, строки из автобиографии и стихи, написанные в это время по крупицам, рисуют  портрет живого, смелого, сильного духом и одновременно тонко чувствующего человека. Это период страшного, тяжелого взросления, одним из самых трагичных моментов которого, безусловно, была депортация балкарского народа. Кулиев в своей автобиографии так описывает этот момент: «... В конце марта, дождливым днем, получив очередное задание от редакции, я отправился на передовую. Со мной был З. Гильбух.  Прежде чем перейти через Сиваш, мы заехали на почту. Мне вручили письмо.  Я сразу узнал почерк Керима Отарова, хотя внизу на конверте значилась фамилия «Османов» и неизвестный мне адрес. Еще не раскрыв письма, я понял, что случилась беда. В тревоге раскрыл письмо. Керим писал: «Дорогой Кайсын! Со мной случилось ужасное несчастье! Домой не пиши.  Бей проклятых фашистов!»  Я все понял.  Значит, уже нет нашего народа в родных ущельях, нет моей матери в родном доме!  Я понял, что балкарцев выслали и Отаров пишет с дороги.  Я окаменел. До этого я уже знал о переселении калмыков и карачаевцев.  Я воевал уже четвертый год, а мать лишилась не только крова, но родной земли!…». Стихи, посвященные этому событию, настолько пропитаны болью, что и многие годы спустя читать их очень тяжело, они вызывают слезы. Это и есть безусловная сила поэтического таланта К.Кулиева :

 «… Гляди, не бойся. Эти камни стали

От горя черными на всем  пути.

Молчат, как будто от беды  устали

И слово трудно  им произнести.

А ты не камень. Плачь же! На колени

Стань пред камнями! Зарыдай в золе!

Пусть никогда  разрушенных селений

Ничьи глаза не видят на земле! …»

                     Годы безмолвия, когда публикация произведений была невозможна,  позволили поэту четко осознать значение поэзии в собственной жизни. Лишь немногие из писателей и поэтов поддерживали отношения с К.Кулиевым в это время, среди них были Б.Пастернак, К.Симонов.  Переписка, наглядно, показывающая как тяжело далось художнику время молчания, очень интересна.  Например, в письме  к К.Кулиеву Б.Пастернак писал: «…Не падайте духом, мужайтесь. Избавление придет обязательно, хотя я сам ждал, что оно наступит раньше. Но и для меня пока ничего не изменилось, и мое время не наступило еще, и я не знаю, доживу ли до него.
Я давно сказал Вам, что очень люблю Вас и верю в Вас. Эта вера не прошла у меня. Я всем про Вас рассказываю. После Есенина я только в одном Павле Васильеве находил такие черты цельности, предназначения и отмеченности , как в Вас…»

                     Сам поэт так охарактеризовал этот период: «…Тяжелые испытания, часто не дающая удовлетворения работа, постоянная боль и горе не способствуют сохранению сил и здоровья. … Помню, как не хотелось  прерывать работу, но бросал и шел, чтобы успеть расписаться в назначенный час.  Там я стоял в очереди, как за хлебом. Ни на свадьбу, ни на похороны, хоть умрет родной отец или мать, все равно  мы не могли ехать без официального разрешения.  А партбилет, полученный на  фронте, лежал у меня в кармане! …Все это компенсировалось заботливым отношением хороших людей. Человечность неистребима и непобедима. Человечество одичало бы без милосердия. Как прекрасна поговорка: «Мир не без добрых людей!». Я уцелел и вынес все тяготы благодаря правде этой поговорки.  Отсюда идет основной  тон моих  книг «Раненный камень», «Мир дому твоему!». Поэзия рождается из пережитого, как искра из кремня, из убеждения, тесно связанного с опытом. Люди всегда умели трудиться и сражаться. В мире больше всего не хватало милосердия. Поэтому оно драгоценно. Я это не вычитал из книги. Это, как тавро, на крупе коня, выжгла жизнь на моем сердце. В своих книгах могу говорить только о том, что я пережил, в чем убедился на собственном опыте…».

                    

                     Лирические и глубоко философские стихи К. Кулиева вызывали и вызывают у читателей живой отклик не зависимо от места проживания, национальности и менталитета, доказательством служит письмо немецкого учителя А.А. Расмуссена  Кайсыну Кулиеву: «…Я порою читаю книги других советских писателей, но Ваши стихи больше тронули, чем все другие. Вы, действительно, открываете  сердце  человеческому горю…»

 Все мы изучаем литературу, как минимум, в рамках школьной программы, кто-то постигает ее глубже в университете, некоторые абсолютно равнодушны к ней, но есть счастливчики, впитывающие прозу и поэзию по необходимости душевной. На разных жизненных этапах один и тот же человек, в зависимости от потенциала восприятия и настроя на определенную эмоционально-эстетическую волну, может  переходить из одной категории в другую.  К великому сожалению, большинство из нас к категории «счастливчиков» не относятся, и наши знания о поэте и восприятие поэзии Кайсына застыли на уровне романтической юности и лишь немного вышли за пределы школьной программы.  К счастью, жизнь сама вносит коррективы не только в материальную составляющую нашего бытия, она сталкивает нас с неординарными художественными явлениями, вызывающими новые эмоции, новые мысли и таким образом, заново формирующими и дополняющими наш духовный мир.  Эти явления могут быть давно нам знакомы, но взгляд на них с другого ракурса позволяет прочувствовать действительность иначе, увидеть то, что было в тени.  

                     Работа над выставкой позволила не просто взглянуть, а увидеть Кайсына Кулиева.  Вместо бронзового монумента,  известного со школьной скамьи, возник живой человек: неординарный, сильный, противоречивый, не просто носитель глубокого поэтического дара, но Человек с большой буквы.

                     Любой юбилей известного музыканта, поэта или писателя является еще одним поводом прикоснуться к культурному достоянию, пережившему проверку временем, пересмотреть или сформировать заново свое отношение к юбиляру, его творчеству. Возможность смотреть и видеть искусство и его творцов позволяет через призму мирового таланта, как в зеркале, увидеть себя, свои радости и печали,  от этого созерцания и возвращения к себе изначальному душа становится чище, хрустальнее.

                     Вглядитесь еще раз в жизнь и стихи  Кайсына Кулиева и, быть может, это будет ваш самый глубокий взгляд на себя самого!

 

  Гл специалист-эксперт отдела

  использования документации

                и методической работы

                    Шахманова М.

360000, КБР, г. Нальчик, ул. Горького, 13.

факс (8662) 76-04-26

e-mail: archiv@kbr.ru